Неру сразу сказал, что он никуда уже, блин, не пойдет, потому что пришли же наконец. Здесь же населенка и всякие есть культурные ценности - магазин, клуб, водонапорная башня, библиотека, автобусная остановка... Здесь женщины ходят в юбках, а это признак высокой цивилизации, и мы спокойненько можем полежать на травке - пузом кверху - до самого вечера, а после сесть в автобус и приехать, блин, в это долбаное Бариново, где идут поезда (привет, блин, Мальчишу!), плывут пароходы и так далее... может даже и самолеты. Потому что ты, Чиф, турист - это твое алиби и модус вивенди, а я, Чиф, - матрасник толстожопый, и мне гораздо нравится валяться на травке, заместо топать лишний десяток кэмэ неизвестно зачем. И чтобы я больше пошел в какой-нибудь дурацкий, если не сказать больше, поход... Сквозь заросли, блин, комаров и болот!.. К победе, блин, вашего туризма!.. Да ни за что!.. Да никогда!..

И громко плюнул.

А Чиф поднял его за шиворот на ноги, навесил на плечи рюкзак и пнул под зад. Эдак по-дружески, но довольно сурово. И остальные пошли гуськом за Неру. Который махал руками, пинал былинки и придорожные консервные банки, плевал себе под ноги желчью и шипел всякие раздраженные ругательные слова.

Потом они вошли в лес, и деревья стали мешать Неру размахивать руками, потому что тропинка была узкой. Он ударился рукой о ствол - очень больно - и махать почти совсем перестал, только шипел еще. Тут Алина спросила у Чифа, что это мол за крестик, гражданин Чиф, нарисован на нашем пути в населенный пункт Бариново? Она умела вилять бедрами даже идя под рюкзаком. Юра сказал, что это наша будущая братская могилка - скудельница, Юля промолчала, а Чиф сурово ответил, что это церковь, либо кладбище, либо монастырь... либо еще что-то, потому что кроки рисовал неизвестно какой... чудак, и разобрать что-либо нету никакой человеческой возможности. А Неру добавил, что мол конечно: крестик - церковь, звездочка - кремль, молния - электричество, две молнии - гестапо...

Алина на все ответы сразу кивнула торжественно и со значением, как она это умела.

Потом они постепенно умолкли и шли и шли через послеполуденный уютный лес по узкой малохоженой тропинке. Шли часа три, ну может три с половиной, потому что никто не засекал.

И вышли они на опушку. И Неру остановился, и остальные за ним тоже остановились. Потому что увидели обширный лысый холм, а на нем жутко живописные развалины. Желаете осмотреть достопримечательность? - спросил Неру. Чиф сказал, что желаем и пошел вперед. И все пошли за ним. Шли молча и не колонной, а шеренгой, потому что дисциплина к концу похода порядочно расшаталась. А развалины становились все более грозными и величественными. Но когда прописались детали, оказались не такими уж мрачными. Вышли наверх и увидели погост, разрушенную церковь и всякие постройки - тоже разрушенные. И молча пошли через кладбище, петляя между кривыми крестами. А солнце покраснело и собиралось свалиться за горизонт.

- Мальчики! Вы с ума сошли! - сказала Алина. - Неужели мы будем здесь ночевать? Здесь же кладбище.

Чиф поднял палец и сказал, что живой человек - страшнее зверя. А мертвый человек - безобидный человек. Только пахнет немного, если свежий, гы-гы-гы! Алина сделала большие глаза - непонятно с каким смыслом, а Неру сказал, что туристы - люди невозможно простые, и юмор у них тоже простой до невозможности. И жизнелюбивый - до офигения.

- Ну что, пойдем жилье присмотрим, - сказал Чиф и пошел в сторону развалюх. И все пошли за ним. А темнело что-то уж очень поспешно. Так это на западе туча расползлась. А Неру остался и стал сцарапывать грязь с надписи на чугунном кресте. И приговаривал:

- Вы меня, покойнички, не бойтесь. Я вас сам боюсь.

Потом оглянулся, что все уходят, поспешил за всеми, но зацепился штаниной за ржавую проволку, упал, забился и заорал очень истошно. Все обернулись к нему. Тут он увидел проволку, встал, пожал плечами и тихо сказал:

- Караул.

- Придурок, - сказал Чиф и пошел дальше.

Он выбрал домик вдалеке от других построек - что-то вроде сторожевой башенки в монастырской стене. Зашли все вместе и огляделись.

- Сойдет, - сказал Чиф. - Не насрано и потолок эпизодически есть. Даже второй этаж сохранился...

Все скинули, кряхтя, свои рюкзаки и были посланы Чифом по разным туристическим делам - за водой и дровами. В сторожке остались Чиф и Алина. Чиф стал готовить площадку для ночлега. Камни выбрасывал в окно, а землю ровнял ботинком. Потом начал вытаскивать из рюкзаков коврики и стелить. Алина доставала продукты и посуду.

- Ой, - сказала она, - здесь у Неру целая куча бутылок с вином.

Чиф достал за горлышко одну бутылку, брезгливо осмотрел этикетку и мрачно сказал:

- Вот алкаш упойный. Когда только успел затариться? Постоянно, блин, дисциплину хулиганит...

- А почему вы, мальчики, - спросила Алина, хотя Чиф был в единственном числе, - почему вы все время приговариваете слово "блин"? Оно заменяет вам какое-то другое слово?

- Да, - сказал Чиф, - оно заменяет нам слово "блядь".

- А-а, - сказала Алина и вроде смутилась. Этих женщин вообще-то не поймешь.

Чиф разложил коврики, а сверху - спальники. Вытянулся на них по диагонали и закурил. Взял лежащий в досягаемости обломок кирпича и бросил его за себя в окно. За окном кто-то вскрикнул и матернулся. Алина вздрогнула, а Чиф нет. Он спросил:

- Что ты там делаешь, идиот?

- Дрова собираю, - обижено сказал кричавший голосом Неру.

- А я думал подслушиваешь.

Неру вошел в дверь с охапкой дров.

- Что, крестов с могилок наломал? - строго спросил Чиф.

- Ага.

- Ладно. Разжигай костер, а я пойду еще наломаю.

- Там за церковью есть дуб старый... - сказал Неру.

Чиф кивнул и ушел. Пришли Юра с Юлей с двумя канами воды. Все зашевелились, стали разжигать костер, цеплять трос над ним, шуршать мешочками с крупой. Потом расселись вокруг костра и смотрели в пламя.

- Что-то Чифа долго нету, - сказала Алина.

- Да, Чифа нету, - сказал Неру задумчиво. - Пусть товарищи меня поправят, если я ошибаюсь, но поведение Чифа последнее время какое-то странное и подозрительное. Очень.

Никто ничего не понял.

- Поясняю, - продолжил Неру, переходя на шепот. - Он оберегал нас и хранил. Для чего? И теперь привел нас сюда. Для чего? Для того, чтобы... (в этом месте Неру пощелкал зубами). Понятно?! Он специально нас сюда завел! Он оборотень! Вампир! Он убьет нас! - и схватился за сердце. - Он убьет нас!.. Выпьет нашу кровь!..

- Кончай, Неру, - сказал Юра, - не все же здесь знают, что у тебя с головой не полный порядок.

Неру резко отсел от него и патетически вскрикнул:

- Не приближайся ко мне!.. Я знаю, ты с ним заодно!..

Юля не выдержала и прыснула от смеха.

А Алина сказала: - А... А... А он что, за дровами пошел?

- Да! - громко и страшно сказал Чиф, появившись в дверном проеме (и все вздрогнули), - я пошел как бы за дровами, а на самом деле... зубы напильником затачивал!..

Он вошел, бросил дрова и сел в круг возле костра. Юля сказала, что веселенькая у нас получится последняя ночевка. А Чиф прокашлялся и возможно более торжественно сказал, что, действительно, дорогие товарищи, у нас сегодня последняя ночевка. Мы были вместе целую неделю - делили поровну все тяготы и невзгоды. Наперекор непогодным и прочим условиям. И вот наступил торжественный момент - мы у финиша. Кхе!.. Благодаря недисциплинированности курсанта Неру мы стали счастливыми обладателями энного количества бутылок червивки. Но я не буду наказывать нерадивого курсанта... (В этом месте Неру благодарно всхлипнул.) ...Потому что мы сейчас пожрем кашки, а потом выпьем этой гадости и расслабимся в полное свое радостное удовольствие...

- Я так и знала, - сказала Юля.

- Ага, - сказал Неру, - и я знал.

- Да ну вас, вообще, - махнула рукой Юля.

- Юлия! - погрозил пальцем Чиф и вздохнул: - Уж пора бы тебе смириться с горькой бабьей долей.

- Ой! - вздрогнула Алина. - Вы ничего не слышали? Снаружи.

- Аля! Прекрати паниковать, - сказал Чиф. - Вы будете спокойненько спать, а мы - муж-чины - будем всю ночь сидеть вот здесь, у дверей, на страже вашего покоя... и чести. Покойники не пройдут! - и он заколыхал в воздухе вертикально поставленным указательным пальцем.

Неру гыгыкнул.

- Перестаньте! - крикнула Алина. - Это не смешно. И я боюсь не просто так - у меня предчувствие нехорошее, - и поправила волосы.

После ужина Алина и Юля сказали, что они будут спать, а не пить. Просили не беспокоить и не пугать. Залезли в спальники и повернулись на правый бочок. А Неру распечатал первую бутылку.

Вторую пустую бутылку Чиф тоже выбросил в окно. А Неру посмотрел на девушек, икнул и сказал:

- Спят, как голубки... Маленькие...

- Не сметь пошлить! - сказал Чиф и стукнул кулаком по кану, отчего тот перевернулся.

- Ладно, - сказал Неру, - пойду лучше поссу.

Он подошел к двери, осмотрел темные и мрачные наружные пространства, вздохнул и начал расстегивать пуговицы на штанах.

- Нерушка, скотина, не собираешься же ты ссать прямо здесь? - невнятно спросил Юра.

Чиф открывал третью бутылку.

- Собираюсь, - сказал Неру. Потом спросил: - А где же мне?.. Там жутко так...

Он топтался в нерешительности в проеме двери с расстегнутой ширинкой. Потом икнул и сказал:

- Чиф, дай фонарик.

- Ага. Щас. Все брошу и полезу в рюкзак за фонарем, чтоб ты поссал.

Он откупорил бутылку и разлил вино по кружкам.

- Вы, товарищи, прямо скажу, поступаете не по-товарищески, - сказал Неру и шагнул за дверь, как на амбразуру.

- А знаешь - неплохое винцо, - сказал Чиф. - От него отрыжка исключительно замечательная, - и рыгнул.

- Не, - сказал Юра, - лучше водки нету вина.

- Это твоя парадигма? - спросил Неру.

- Это моя парадигма, - сказал Юра.

Чиф кивнул и поднял кружку. Юра тоже кивнул и поднял кружку. Они выпили, и Чиф сразу же разлил остатки из бутылки по кружкам. Потом он начал говорить, жестикулируя пустой бутылкой:

- Это мы, можно сказать, пробзделись. Чайников выгуляли. Так? - он начал незаметно для себя переходить на шепот. - А теперь нужно заняться делом. Пойдем в четверку. Понял?.. В пятерку! Понял?.. Так что копи отгулы, понял?.. Неру не возьмем. Жаль конечно...

- Я предлагаю в Хакассию, - тоже шепотом сказал Юра.

- Посмотрим, - кивнул Чиф. - Надо будет отпусками совпасть...

Вдруг Алина поднялась и села в спальнике.

- Мальчики! - сказала она звенящим от испуга голосом, - что вы замышляете?!

Чиф и Юра посмотрели на нее с недоумением.

- Ты чё, Аля? - пробормотал Чиф. - Спи.

- Почему вы шепчетесь?!

- Ну... - начал Чиф, потом пожал плечами: - Ну так...

- Почему вы это скрываете?! И где... где Неру? - не унималась взволнованная, испуганная Алина.

- А он это... того... - смутился Чиф.

- По надобности! - рявкнул Юра.

Тут снаружи за окном раздалось кряхтение, и Неру, навалившись животом на подоконник, перевернулся и упал на спину как раз на свободный спальник рядом с Алиной. Сказал: - Опа! - и руки сложил на груди, как покойничек, и глазки закрыл. Алина истошно завизжала, рванулась было бежать, но запуталась в спальнике, рухнула, прижалась лицом к земле, не прекращая визжать. Юля поднялась (лицо у нее было недовольное) и крикнула: - Тихо! Алина замолчала. Тогда Юля сказала, что если вы, обалдуи, не прекратите безобразничать, то они с Алиной уйдут в Бариново прямо сейчас. Потому что пьянка пьянкой, а совесть тоже надо иметь. Понятно?!

Чиф с Юрой завиноватились, потупились и одновременно стали бормотать о том, что они все поняли, осознали, больше не будут, и для убедительности прижимали руки к груди, чиркали ладонями по горлам, хлопали ими же по лбам, словом, всячески изображали глубину своего раскаяния. Юля кивнула, хотя и без особого доверия, потянула Алину за руку, сказала ей, что все в порядке, можно спать. Алина сказала, что они что-то замышляют, они шептались. Юля сказала, что это глупости, дурацкая пьяная болтовня, что нужно успокоиться и спать. Алина действительно немного успокоилась, согласилась лечь, но незаметно взяла с собой в спальник солидный обломок кирпича.

Всё улеглось. Чиф облегченно вздохнул и дернул за ногу лежащего без движения Неру:

- Эй, ты что, спишь?

- Нет, я думаю, - монотонно отозвался Неру.

- О чем это?

- Я думаю, описалась Алина или нет?

Все трое прыснули, зажали ладонями рвущееся наружу дыхание, выпучили глаза, затряслись в конвульсиях смеха. Чиф даже опрокинул кружку с вином.

- Оч-чень смешно, - ворчливо заметила Юля.

- Сам ты описался! - сказала Алина.

Это вызвало новый приступ смеха. Юля с Алиной тоже немножко похихикали. Наконец Чиф громким, свистящим шепотом провозгласил:

- Ладно! Мужики! Всё! Не шумим. Пьем тихо.

- Маленькими глотками, - пояснил Юра.

Они немедленно выпили и без энтузиазма заели остывшей кашей.

- Такая хорошая у нас веселенькая ночка, - сказал Чиф.

- Уютненькая, - сказал Неру и икнул.

- Да-а-а, - протянул Юра.

- Интересно только, - сказал Чиф, - почему это покойнички нас не беспокоят? Ночуем, блин, на кладбище, будто дома. Где упыри разнообразные?! Где гробы летающие?!

- Не каркай, - сказал Неру и запустил пустую бутылку в окно.

- Где шкилеты скрипяще-дребезжащие?! А?!

- Да, - сказал Юра.

- Стой! Тихо! - вдруг встрепенулся Неру.

- Что?

- Вы слышали?!

- Что?

- Бутылка не звякнула. Не упала. Будто ее кто-то поймал...

- Ага, - сказал Юра, - как гранату. Сейчас к нам обратно забросит...

Чиф вскочил:

- Держи! Вставай!! Сейчас влетит!

Они вскочили и встали наизготовку перед окном, как три вратаря. Но бутылка не влетала.

- Тебе, Неру, пить больше не дадим, - строго сказал Чиф, и они с Юрой сели.

- Нет, ну точно же! - обиделся Неру. - Правда ведь звука не было никакого, - и тоже сел.

Тут за окном раздался звук упавшей бутылки.

- А, ну вот, все нормально, - сказал Чиф.

Юра издал некий неопределенный звук.

- Так вот, - продолжил Чиф, - где эти, как их там... вампиры и вампирицы?..

- Вампирессы! - сказал Юра причмокнув.

- Ага! Где?!

- Чиф! Хорош юродствовать... а то мы с Алей уйдем в Бариново прямо сейчас, - сказал Неру.

Чиф гыгыкнул. Юра встал и нетвердой походкой вышел из сторожки.

- Знаешь что, Чиф? - сказал Неру.

- Что?

- Когда меня покойнички схватят, я очень обязательно испугаюсь и ужасно громко закричу...

В это время жуткий рык разнесся над развалинами монастыря.

- Вот так? - спросил Чиф.

- Ну примерно. И ты меня тогда обязательно выручай. Ладно?

- Ладно...

В это время новый страшный рык разнесся над развалинами монастыря. Чиф как раз зачем-то вставал, но, остановленный этим рыком, замер на полпути в этакой обезьяньей позе. И он, и Неру застыли изваяниями, только глазами моргали. После минуты обалделого молчания Чиф сипнул, кашлянул, сипло спросил: - Что это? - и потихоньку сел.

- Это... такое... что-то... - прошептал Неру.

- Пиздец, - прошептал Чиф, посмотрел на пустые кружки и закончил: - ...нашему Юрику.

Но раздался шорох шагов, шум дыхания, и в дверном проеме появился Юра. Неру и Чиф смотрели на него молча.

- Вы чё? - спросил Юра.

Они молчали. Юра присел к потухшему костру.

- Чё вы на меня вылупились-то? - спросил он.

- Ты живой? - сердито спросил Неру.

- Ну да. А что случилось?

Неру и Чиф смотрели на него мрачно и подозрительно.

- Ну что?! Что?! - рассердился Юра. - Да, я проблевался! Ну и что?

- Кто? - спросил Чиф.

- Что? - не понял Юра.

- Ты?

- Что?

- Блеванул ты?

- Ну да.

- Вот сейчас?

- Да.

- И все?

- Что-то я вас не пойму. Странные вы какие-то. Бухие, что ли?

- И ты ничего не слышал?

- Нет, - ответил Юра, а потом встревожился: - А что случилось?

- Ничего, - мрачно сказал Чиф и стал открывать следующую бутылку.

- Нет, так бывает, - торопливо стал объяснять Неру. - Просто когда рыгаешь - уши очень закладывает, и ни хрена вокруг не слышишь. И у него просто совпало с этим...

- Что совпало? - спросил Юра.

- Два раза совпало? - спросил Чиф и разлил вино по кружкам.

- Я пока не буду, - сказал Юра.

- Мудак ты, Чиф, что нас сюда ночевать притащил, - сказал Неру.

- Да, - кивнул Чиф, - с критикой вышеперечисленного товарища в целом согласен.

Неру поднял кружку и сказал, что он пьет за то, чтобы мы удачно пережили эту ночь. Главное - и это известно совершенно точно - дождаться первых петухов. А там уже будет не страшно. Может быть и выживем. А Юра сказал, что вам бы тоже лучше пока не пить. А то вы такое несете...

Но они выпили. И вроде стало легче.

- Да, херня! Это нам показалось, - сказал Неру.

- Точно, - хлопнул себя по лбу Чиф, - как я сразу не догадался, что это нам просто показалось!

- Да что вам показалось-то?! Что вам показалось?!

- Что надо, то и показалось, - отрезал Неру.

- Ну, - сказал Юра, - когда вас будут забирать в "дурку", я добровольно приду и дам на вас добровольческие показания, что вы психи ненормальные.

- Ах ты ренегат! - возмутился Неру.

- Так! - сказал Чиф, разливая вино, - я предлагаю снять все накопившиеся вопросы усекновением головы и прочих гениталий вышеперечисленного ренегата, - и похлопал себя по бедру, где висел огромный туристический нож.

- И это, товарищи, правильно, - сказал Неру и поднял кружку.

- Вы плохие, - сказал Юра и тоже поднял кружку.

- А ты хороший, - сказал Чиф и выпил. И все выпили.

- Да, я хороший.

- Ну вот, - сказал Неру, - а после усекновения станешь вообще хорошим. Как и положено - плохой человек после смерти становится просто хорошим, а хороший - вообще замечательным...

- И мы очень будем тебя любить, - добавил Чиф.

- Ах да, - сказал Юра, - мы же все некрофилы. Мы же любим, мы же просто обожаем мертвецов... Это национальное. Но если вы их так любите - мертвецов - то почему же вы все время с такой опаской оглядываетесь на дверь? Вы их что, любите, но боитесь?

Чиф и Неру посмотрели на дверь, потом друг на друга: - Что, правда оглядываемся?

- Так что же вы - любите их или боитесь?

- Опасаемся, - поправил Чиф.

- А чё ты нас критикуешь?! - возмутился Неру. - Да ты экуменист, падла!

- Да нет, ребята, какой же я экуменист.

- Нет, ты экуменист, падла!

- Укуменист-укуменист, - подтвердил Чиф, не вполне правда уверенно. А потом спросил: - Кстати, а что такое это укуменист?

- Да, я тоже хотел уточнить, это не венерическое? - спросил Юра.

- Нет, это не венерическое, это пидарастическое! - пояснил Неру.

- А-а, - отозвались Чиф и Юра.

- Это есть низкопоклонство перед, блин, Западом, - продолжал свои пояснения Неру. - Никон был первым экуменистом...

- А-а, ну понятно, - сказал Чиф. - Ишь ты, паразит какой! Ну ладно, давай что ли выпьем?

Они выпили и задумались.

- Костер вот тоже помер, - сказал Неру.

Чиф толкнул пустую бутылку через порог двери.

- Вот так и человек, - задумчиво произнес Юра, - живет-живет, а потом раз - и все.

А Чиф встал, пошатнулся и сказал:

- Ну что, костер потух. Без дров он гореть не умеет. Нам нужен герой из народа.

- Ищи героев среди не нас, - сказал Неру, разливая вино по кружкам.

- Что, зассал?

- Я зассал?! - возмутился Неру.

- Конечно зассал, - сказал Чиф, а потом уточнил: - Очко-то не железное.

Неру подумал и кивнул:

- Не железное.

- А ты не ссы, Капустин, - подбодрил его Чиф. - На-ка вот кружечку опрокинь, да и дуй давай за дровишками. Очко нужно тренировать... качать.

- Ага, стра-ашно.

- Да нет, дурик. Страшно тому, кто не пьет. А кто пьет, тому вообще все похер. Мы б давно уже скончались, если бы не пили.

- О чем базар, мужики, - очнулся от раздумий Юра, - давайте я схожу.

- Не, - сказал Неру вставая, - мы тебе не доверяем. Чиф! Дай фонарик.

- Ага. Щас. Все брошу... Там же светло. Смотри - луна...

- Полнолуние, - мечтательно произнес Юра.

Чиф и Неру посмотрели на него, а потом друг на друга со значением. Помолчали минуту. Неру вздохнул и сказал:

- Ну я пошел, - и пошел.

- Молодец, пошел, - сказал Чиф и выпил.

Юра тоже выпил. Они посидели молча, слушая удаляющийся звук шагов, спотыканий и чертыханий Неру. Чиф сказал, что нужно было дать ему нож. Юра спросил, зачем. Чиф пожал плечами. В спальном углу протяжно и нервически вздохнула Алина.

- Не спит, - шепотом констатировал Чиф.

- Ладно, - сказал Юра, наливая вино, - давай выпьем за тех, кто в пути. В смысле, за Неру.

- Давай.

- И за тех, кто в гробу. Чтоб лежали спокойно - как и положено.

- Да, давай.

Выпили.

- И за тех, - продолжил Чиф, - за тех, кто... Да вообще за всех.

- Ага. Хороший тост, - согласился Юра.

Налили еще и снова выпили.

- Тут наверно всё монахи лежат, - сказал Чиф, жуя холодную кашу.

- Наверно.

- Тоже небось вот так ночью сидели - раздолбаи - принимали зелье в подлое нутро. Веселия для. Тайком от начальства.

- От их главного начальства никуда, пожалуй, не спрячешься, - сказал Юра и показал пальцем на потолок. Оттуда прямо в потухший костер упал камешек.

- О! - сказал Юра.

- От Бога-то? - догадался Чиф. - Или от того, кто там засел и погибель, блин, злую готовит нам?! - и Чиф запустил в потолок приличных размеров кусок кирпича. Кирпич свалился обратно вместе с трухлявыми обломками досок и пылью. В женском углу нервно зашевелились и завздыхали.

- Чиф! - забеспокоился Юра, - прекращай.

- А пусть не швыряется! - сказал Чиф, со свирепостью глядя в потолок. - Да еще в костер! Слышь, козел?!

- Да он же потухший, костер-то... - сказал Юра.

- Ну и что?! - сказал Чиф, выпячивая челюсть. - Ну и что?!

Он вытащил свой огромный нож и, глядя в потолок, продемонстрировал серию каких-то непонятных дурацких приемов рукопашного боя. В уголке его рта в лунном свете блеснула то ли пена, то ли слюна. Из угла начали доноситься повизгивания Алины.

- Все, Чиф! Достал. Успокойся. Он больше не будет.

Чиф гордо вогнал нож в ножны и сказал, - Вот то-то же! Хотел еще что-то добавить, но в это время со стороны кладбища донесся ужасный, леденящий кровь, нечеловеческий человеческий крик. Он тянулся несколько долгих секунд и затих. Потом всего несколько ударов сердца - и раздался новый крик - такой же ужасный. Чиф громко проглотил слюну. Третий крик был слабее предыдущих. То ли кричавший устал, то ли он умирал. А в том, что кричавшим был Неру, никто не сомневался. С надеждой и опаской ждали четвертого крика, но его не последовало. Чиф что-то хотел сказать, но не смог. Он только пощелкал челюстью и пригладил поднявшиеся на макушке волосы.

- Алина! Замолчи, - наконец сказал он. Потом встал и торжественно произнес: - По вере им, бляха, воздастся... Кого-то того... эрго сум... Аз есмь... Пошли!

- Куда? - прошептал Юра.

- Куда-куда - Неру будем спасать.

С потолка снова упал камешек. Чиф посмотрел наверх и презрительно сплюнул на землю. Юра встал, нервно выдохнул и сказал:

- Ну пошли.

Чиф порылся в рюкзаке, достал фонарь, пощелкал включателем, поправил на поясе нож, постоял, глядя сверху на культурный бардак вокруг кострища, потом взял полную бутылку вина, сунул ее в карман и шагнул к двери. Алина захныкала громче. Чиф полуобернулся и сказал:

- Аля! Прижмись к Юле и спи. Не бойся, мы скоро придем.

- Ага! - простонала Алина, - она спи-ит.

- Тем лучше! - твердо сказал Чиф, дернул головой и решительно вышел наружу.

Юра сказал: - Да! - и вышел за ним.

- Ма-а-амм-очки-и-и! - простонала Алина.